Слава Сиона обратилась в пепел
Золото потускнело, князья, прежде белее снега, неузнаваемы на улицах, голодные матери варят собственных детей. Поэт винит пророков и священников, проливавших невинную кровь, и говорит, что огонь, сжёгший основания Сиона, был излившимся гневом нашего Отца.
4 1Как потускнело золото, как изменилось чистейшее золото! Священные камни разбросаны на всех перекрёстках улиц. 2Драгоценные сыны Сиона, некогда равные по цене чистому золоту, — как они теперь считаются глиняными сосудами, делом рук горшечника! 3Даже шакалы дают сосцы и кормят своих детёнышей, но дочь народа моего стала жестокой, как страусы в пустыне. a a v3 Страусы в древнем мире славились тем, что оставляют свои яйца и птенцов, — они стали поговоркой о жестокости к потомству. 4Язык грудного младенца прилипает к нёбу от жажды; дети просят хлеба, но никто не даёт им куска. 5Те, кто некогда вкушал лакомства, ныне лежат опустошённые на улицах; те, кто рос в дорогой багрянице, ныне прижимаются к грудам пепла. 6Вина дочери народа моего больше греха Содома, который был низвергнут в одно мгновение, хотя ничья человеческая рука не коснулась его. 7Князья её были чище снега, белее молока; тела их румянее кораллов, облик их — как сапфир. 8Ныне вид их чернее сажи; их не узнают на улицах. Кожа их иссохла на костях, стала суха, как дерево. 9Убитым мечом было лучше, чем убитым голодом, которые истаивали, пронзённые голодом за недостатком плодов полевых. 10Руки милосердных женщин варили своих детей; они стали им пищей, когда была истреблена дочь народа моего. 11Наш Отец дал полную волю Своему гневу; Он излил Свою пылающую ярость и зажёг на Сионе огонь, пожравший его основания. 12Не верили цари земли, ни кто-либо из живущих на земле, что враг или недруг войдёт во врата Иерусалима. 13Это было за грехи пророков её и беззакония священников её, проливавших среди неё кровь праведных. 14Они блуждали слепыми по улицам, осквернённые кровью, так что никто не мог прикоснуться к одеждам их. 15«Прочь! Нечистый!» — кричали им люди. «Прочь! Прочь! Не прикасайтесь!» И они бежали и скитались, и среди народов говорили: „Не могут они здесь больше оставаться“. 16Присутствие нашего Отца рассеяло их; Он больше не взглянет на них. Не оказали чести священникам, не явили милости старейшинам. 17Истомились глаза наши, напрасно высматривая помощь; со сторожевых башен наших мы высматривали народ, который не мог спасти. 18Они подстерегали шаги наши, так что мы не могли ходить по улицам нашим. Приблизился конец наш, дни наши были сочтены, ибо пришёл конец наш. 19Преследователи наши были быстрее орлов небесных; они гнались за нами по горам и подстерегали нас в пустыне. 20Само дыхание жизни нашей, помазанник нашего Отца, был схвачен в ямах их — тот, о ком мы говорили: «Под тенью его будем жить среди народов». b b v20 «Под тенью его» — еврейский образ укрытия: жить в тени царя означало жить под его защитой. 21Радуйся и веселись, дочь Едома, живущая в земле Уц; но и до тебя дойдёт чаша гнева его — ты опьянеешь и обнажишься. 22Наказание твоё окончено, дочь Сиона; Он не продлит изгнания твоего. Но вину твою, дочь Едома, Он накажет; Он обнажит грехи твои.