Утешение приходом Тита

Тит приходит в Македонию с вестями, и страх Павла рассеивается. Его горькое письмо опечалило их, и он почти жалел, что отправил его, но печаль обратила их. Печаль, которую задумал наш Отец, ведёт к покаянию, о котором никто не жалеет. Он прямо говорит, что снова им доверяет.

Глава 7.

Итак, возлюбленные, имея эти обетования, очистим себя от всякой скверны плоти и духа, совершая святость в страхе наш Отец.

Вместите нас в сердцах ваших. Мы никого не обидели, никого не развратили, никого не эксплуатировали. Не в осуждение вам говорю это. Я прежде сказал: вы в сердцах наших, чтобы вместе умереть и жить. Велико моё доверие к вам, велика моя гордость за вас. Я исполнен утешения, преизобилую радостью при всей нашей скорби.

Ибо и когда мы пришли в Македонию, тела наши не имели покоя — теснимые отовсюду, извне борьба, внутри страх. Но наш Отец, утешающий унылых, утешил нас приходом Тита. И не только приходом его, но и утешением, которое он получил из-за вас, — он рассказал нам о вашем стремлении, о вашей скорби, о вашей ревности обо мне, — так что я возрадовался ещё больше.

Ибо, хотя я и опечалил вас посланием моим, не жалею об этом, — хотя и жалел, ибо вижу, что послание то опечалило вас, пусть и ненадолго. Теперь я радуюсь — не тому, что вы опечалились, но тому, что ваша печаль привела к покаянию. Вы опечалились так, как желает наш Отец, так что не потерпели от нас никакого ущерба. Ибо печаль по воле наш Отец производит покаяние ко спасению, о котором не жалеют; а печаль мирская производит смерть. Смотрите, что произвела в вас эта печаль по воле наш Отец: усердие, готовность оправдаться, негодование, страх, стремление, ревность, готовность к правосудию! Во всём вы показали себя чистыми в этом деле. Хотя я и написал вам, это было не ради обидчика и не ради обиженного, но чтобы ваша искренность к нам стала явной для вас пред наш Отец. Вот почему мы утешились. Сверх нашего собственного утешения мы возрадовались ещё больше радости Тита, потому что дух его успокоен всеми вами. Всё, чем я хвалился ему о вас, не посрамило меня. Как всё, что мы говорили вам, было истинно, так и похвала наша пред Титом оказалась истинной. Сердце его к вам становится ещё больше, когда он вспоминает, как вы все повиновались, приняв его со страхом и трепетом. Радуюсь, что во всём могу полагаться на вас с полной уверенностью.