Ты — мой Отец

Уцелевший поёт Отцу, Который сравнял с землёй город безжалостных, нависавший над ним, и укрыл бедных в бурю. Дальше Он готовит пир для всех народов, поглощение самой смерти и слёзы, отёртые с каждого лица.

Глава 25.

Ты — мой Отец; я превознесу Тебя, я восхвалю имя Твоё, ибо Ты сотворил дивные дела — замыслы, задуманные издревле, верные и истинные. Ибо Ты превратил город в груду развалин, укреплённый город — в руины; чертог чужеземцев уже не город — он не будет отстроен вовек. Посему сильный народ восславит Тебя; город грозных народов убоится Тебя. Ибо Ты был прибежищем для бедного, прибежищем для нищего в его беде, укрытием от бури и тенью от зноя; ибо дыхание грозных — как буря против стены. Как зной в иссохшей земле, Ты укрощаешь шум чужеземцев; как зной укрощается тенью облака, так умолкает песнь грозных. На этой горе Отец воинств небесных приготовит для всех народов пир из тучных яств, пир из выдержанного вина — из лучших мяс и из отборных, выдержанных вин. И на этой горе Он поглотит покров, окутывающий все народы, пелену, простёртую над всеми племенами. Он поглотит смерть навеки; и Владыка Отец отрёт слёзы со всех лиц, и снимет поношение народа Своего по всей земле — ибо наш Отец изрёк это. ^a

И в тот день скажут: «Вот, это наш Отец; мы уповали на Него, и Он спас нас. Это Отец; мы уповали на Него — возрадуемся и возвеселимся о спасении Его». Ибо рука нашего Отца почиет на этой горе, а Моав будет попран на своём месте, как попирается солома в навозной яме. ^b Он прострёт руки Свои среди Моава, как пловец простирает руки, чтобы плыть, но низложит гордыню их вместе с ухищрениями рук их. Высокие стены твоей крепости Он низвергнет, повергнет и бросит на землю, в прах.